Конференция Центра НДИ: Израилю нужен сильный и сплоченный национальный лагерь

Конференция Центра НДИ: Израилю нужен сильный и сплоченный национальный лагерь

Полагаться на прогнозы израильских СМИ – все равно, что гадать на кофейной гуще, особенно когда на повестке дня – проблемы внутренней политики. Утром 24 ноября все радиостанции и телеканалы с придыханием (а как еще создать ощущение драмы?) сообщили: сегодня на конференции Центра НДИ решится судьба союза с «Ликудом».

За полным драматизма сообщением, как водится, последовали спекуляции.

«Останется ли НДИ в союзе с «Ликудом», сформировавшимся незадолго до парламентских выборов, или подаст на «развод»?» – гадали политические комментаторы.

 

Для ангажированной израильской прессы раскол в национальном лагере тождествен «сиюминутному миру»: если НДИ расстанется с «Ликудом», в коалицию тут же войдет »Авода» во главе с новым своим предводителем Ицхаком (Бужи) Герцогом. Он, в отличие от свергнутой на праймериз Яхимович, менее принципиален и более покладист. Поначалу поддержит Нетаниягу, чтобы при первой же удобной возможности вместе с «Еш атид» Лапида и «Ха-Тнуа» Ципи Ливни нажать на нужные рычаги и добиться нового отступления. И тогда!..

Восемь лет в караване

Оказавшись в лобби столичного отеля «Рамада Ренессанс», неожиданно для себя сталкиваюсь с бывшим депутатом блока «НДИ – Национальное единство» Цви Хэнделем. Память властно возвращает меня в прошлое.

Цви Хэндель

- Вскоре после того, как в августе 2005 года вас с семьей депортировали из цветущего поселка Ганей Таль в Гуш-Катифе, мы встретились в окрестностях Яд Биньямин в предоставленном вам караване, помните?

- Конечно, помню. С момента того интервью минуло не менее семи лет. За эти годы изгнанники Гуш-Катифа основали в Негеве новый поселок, и на этой неделе с женой и детьми отпраздновали новоселье.

- Поздравляю! И как называется поселок?

- Ганей Таль, а как же еще?! «Поклонники» поселенцев из левого лагеря обзавидовались: после депортации мы не только не были деморализованы – испытания, выпавшие на нашу долю, лишь укрепили в нас веру в достойное будущее – свое и Страны. В нашем новом поселке двести замечательных капитальных домов, владельцы ста из них – изгнанники Гуш-Катифа.

- Цви, хотите ли вы сказать, что всего неделю назад вы с женой жили в том самом караване, в котором я в свое время брала у вас интервью?!

- Да. Мы прожили в нем восемь с лишним лет.

- Восемь лет в караване?!

- …С поправкой на то, что люди мы сильные.

- Сколько же мужества требуется семьям, пережившим трагедию депортации, чтобы в течение еще восьми лет дожидаться вначале выделения земельного участка, а затем и строительства дома?

- Личные проблемы – чушь! – парирует Цви Хэндель. – Единственное, что меня действительно волнует, — это мораль нации. Депортация была страшной глупостью – в этом мы удостоверились в тот момент, когда осенью 2005 года по Ашкелону из Газы были выпущены первые ракеты. Надеюсь, народ Израиля сполна удостоверился в том, что чем более покладистыми мы стараемся выглядеть на международной арене, чем чаще плюем себе в лицо – тем больше враг укрепляется в своей уверенности в том, что Израиль удастся стереть с лица земли, как слабую безвольную нацию. И если сегодня я приехал на конференцию Центра НДИ, то лишь с одной целью: продемонстрировать поддержку партии, исповедующей идеи национального лагеря.

- К несчастью, левый лагерь и его пропагандисты в лице большинства израильских СМИ не извлекли никаких уроков из ураганных ракетных обстрелов Негева, последовавших за «размежеванием»…

- На мой взгляд, все разговоры об отступлении из Иудеи и Самарии во имя подписания новой бумаги, — такое же безумие, как «размежевание», — говорит Цви Хэндель. – Какие еще трагедии должен пережить наш народ, чтобы оторванные от действительности сторонники «Шалом ахшав» уразумели: уступчивость воспринимается на Ближнем Востоке как слабость! Меня нередко спрашивают: если вы против территориального компромисса, что вы предлагаете взамен? А вот что: я предлагаю ни при каких обстоятельствах не соглашаться на самоубийство!

«Самоубийство»… Именно сегодня, 24 ноября, стало известно, что прежде чем достичь с Ираном договоренностей, результатом которых станет бешеная гонка ядерных вооружений в самом взрывоопасном регионе мира – на Ближнем Востоке, Барак Хусейн Обама в течение года вел с режимом аятолл тайные переговоры. Выступая утром по радиостанции «Решет Бет», министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман назвал женевский договор крупнейшим достижением иранской дипломатии и крупнейшим провалом дипломатии западной.

Первым арабским государством, приветствовавшим женевский договор, стала… Сирия! Да-да, та самая Сирия, на территории которой идет кровопролитная братоубийственная война. Сирийский ядерный реактор, если верить сообщениям западных СМИ, разбомбили в свое время израильские ВВС. Зато сейчас (Асад не скрывает своего торжества!) соотношение сил на Ближнем Востоке может измениться самым кардинальным образом. Ядерный Иран под прикрытием международной общественности – чем не реванш над «сионистским врагом»?!

17 лет и один день

«Дорогие друзья! – доносится из конференц-зала голос ведущего. – Объявляю конференцию Центра НДИ открытой».

Генсек партии, замминистра внутренних дел Фаина Киршенбаум отчитывается о результатах муниципальных выборов… Один из другим поднимаются на трибуну главы региональных советов и мэры городов, но в зале по-прежнему ощущается напряжение. Лица присутствующих озаряет улыбка лишь в те моменты, когда ораторы обращаются к Элле Либерман, супруге министра иностранных дел. Как удалось этой интеллигентной застенчивой женщине на протяжении 17 (семнадцати!) лет не просто выстоять и не сломаться, но постоянно излучать уверенность в том, что справедливость восторжествует?

Элла Либерман

Впрочем, кому, как не ей, с самого начала, с июля 1996 года, когда грянуло «дело Барон — Хеврон», а затем и с того дня, когда в канун выборов 1999 года газета «Едиот ахронот» вышла в свет с аршинным заголовком «Либерман подозревается в оскорблении чести и достоинства должностного лица», — было доподлинно известно: перед законом муж чист. Но… поставить «точку» в «деле» «русского» жителя Нокдим, одного из самых ярких и харизматичных политиков национального лагеря способна одна-единственная инстанция – суд.

Так и получилось.

- Хочу начать свое выступление с личного, — сказал Авигдор Либерман, поднявшись на трибуну конференции Центра НДИ. – Я хочу поблагодарить всех присутствующих за то, что в течение семнадцати лет, когда над моей головой был занесен Дамоклов меч полицейского преследования, вы поддерживали меня не только как политика, но и как человека. И хотя мы знали, что никаких оснований для преследования нет, и не позволяли следствию помешать нормальному ходу нашей жизни – личной и политической, поддержка каждого из вас в самые критические моменты очень много для меня значила, за что я искренне вам благодарен.

В последние недели – до оглашения окончательного решения суда и после – накатил шквал телефонных звонков, которые не только растрогали меня, но дали ощущение огромной теплоты и любви. Вы вновь доказали: мы с вами – настоящая семья, — продолжал Авигдор Либерман. – Говорят, что в плохом всегда есть что-то хорошее. Вот и нас испытания лишь укрепили и сблизили, мы стали намного сильнее, чем когда-либо прежде.

Зал встретил взволнованное обращение Авигдора Либермана овацией. Затем лидер НДИ перешел к анализу ситуации, сложившейся в стране на фоне «арабской весны» и женевского соглашения «шестерки» с Ираном.

Начал издалека – с выездного заседания Поселенческого форума НДИ в район Зихрон Яакова и долину Эмек ха-Надив. Либерман признался: подобно другим министрам и депутатам, он был шокирован размахом строительства в арабском секторе.

- Посмотрите, какие перемены произошли за последние 35 лет в северной части Негева, в Галилее и Вади-Ара, и попытайтесь представить, что будет там через 35 лет, — сказал он. – Не нужно быть специалистом в области географии или демографии. Не хочу выглядеть человеком, рисующим апокалиптический сценарий, но создавшаяся там ситуация – это катастрофа, причем отнюдь не в плане отношений евреев с арабами. В стране сформировались две группы населения: та, на которую распространяются израильские законы, в частности – Закон об архитектурном планировании и строительстве. И другая: она плюет на требования закона и разными способами, в том числе посредством применения насилия, создала ситуацию, при которой на нее требования закона не распространяются.

- Нет никаких причин, чтобы в Умм-Эль-Фахме не строились такие же многоэтажные дома, как в Бейруте, Каире или Газе, — подчеркнул Авигдор Либерман. — Каждый, кто видит эту реальность, а она постоянно у нас перед глазами, понимает: речь идет не о социальных проблемах или отсутствии жилья, — ведется битва за землю. Именно поэтому мы потребовали, чтобы в соответствии с коалиционными соглашениями НДИ курировала Поселенческий отдел Всемирной сионистской организации (ВСО) и чтобы депутат от нашей партии занял пост министра сельского хозяйства.

Яир Шамир, Авигдор Либерман и Софа Ландвер на конференции Центра НДИ

С трибуны конференции Авигдор Либерман сообщил: достигнута договоренность относительно того, что в целях обеспечения сохранности государственного земельного фонда министр сельского хозяйства Яир Шамир будет координировать по поручению правительства процесс упорядочения бедуинских поселков в Негеве.

Яир Шамир с депутатами горсовета Кирьят-Яма — активистами НДИ

- Государство должно начать строить в арабском секторе многоэтажные дома и современные города, — подчеркнул Авигдор Либерман. – Получение разрешений на строительство не должно быть участью одних только еврейских граждан!

Союз с «Ликудом» или «развод по-израильски»?

- В последние недели, — сказал Авигдор Либерман, — мы с депутатами и министрами провели несколько заседаний, на которых глубоко и всесторонне обсудили вопрос о судьбе объединения нашей партии с «Ликудом» — в разных аспектах и формах. Позиция большинства ясна. Однако глава правительства обратился ко мне с просьбой отложить окончательное решение этого вопроса в связи со сложной внешнеполитической ситуацией, обусловленной иранской проблемой и продолжением переговоров с палестинцами. Прошу вас уважительно отнестись к просьбе премьер-министра и не принимать сегодня решение по данному вопросу, уполномочив секретариат НДИ позже обсудить его в установленном порядке.

Хочу в связи с этим сделать важное замечание, основанное на моем личном опыте: с момента создания партии «Исраэль бейтену» (Наш дом Израиль) мы всегда стремились к тому, чтобы Национальный лагерь был как можно более широким и многочисленным, — продолжал Авигдор Либерман. — Мы также стремились к стабильности системы управления государством, а ее можно обеспечить лишь в том случае, если в Кнессете будет 5-6 партий, а не 15-16. Мы придерживались этого принципа отнюдь не только в теории, но очень многое делали для его реализации. В самом начале работы Кнессета 15 созыва (это была первая парламентская каденция НДИ) мы объединились с блоком «Национальное единство», во главе которого стоял Рехаваам Зеэви (Ганди).

Точно так же объединенным блоком с «Ликудом» мы вышли на выборы 2013 года. Для нас было крайне непросто принять такое решение, многие члены партии были против. К моему величайшему сожалению, результаты нас разочаровали, — признался Либерман. — Я обращаюсь к главе правительства и ко всем тем, кто причисляет себя к Национальному лагерю. Если уж мы ведем речь об объединении, надо говорить о полном объединении правых партий и движений Национального лагеря, а именно об объединении «Ликуда», НДИ и партии «Еврейский дом». Создание крупной партии из этих трех составляющих может стать достойным ответом на все попытки, предпринятые нами в предыдущие годы, и привести к желаемому результату. Пока что это не предложение и не рекомендация, а всего лишь пища для размышлений».

25 ноября военная администрация в Иудее и Самарии утвердила план строительства 800 единиц жилья. 256 из них планируется соорудить в поселке Кфар Адумим, 360 — в Гиват-Зеэв, десятки – в Шило и Нокдим.

Уроки практического сионизма продолжаются.

Эвелина Гельман, Forumdaily