Решение проблемы или «перетягивание каната»?

Решение проблемы или «перетягивание каната»?

Задача правительства в том, чтобы найти разумную и жизнеспособную альтернативу Закону Таля, а не имитировать бурную деятельность, как это, увы, происходит после присоединения к правительству «Кадимы»

Проблему, как известно, можно решать по-разному. Можно найти принципиальное и продуманное решение наболевших вопросов. Можно сделать вид, что проблема решена по принципу «давайте задернем занавески и будем стучать по рельсам – пусть все думают, что мы едем». Можно, наконец, так «решить» проблему, загнав ее внутрь общественного организма, что она вообще станет не решаемой.

Закон Таля – несомненно, один из наиболее сложных и запутанных социальных вопросов, с которым столкнулось израильское общество в последние десятилетия. Мне уже приходилось писать  о сути проблемы. Заложенная в момент создания государства Бен-Гурионом, освободившим от службы в армии 400 «ешиботников», она превратилась в «мину замедленного действия». Сегодня число освобожденных от службы ешиботников составляет 70 тысяч. Т.е., увеличилось в …150 раз. Хуже того, - ситуация продолжает ухудшаться и грозит выйти из-под контроля. Если в 80-х годах «харедим» составляли 4% от населения Израиля, сегодня их уже 10% (около 700 тыс. человек). Через 20 лет они составят 20% еврейского населения, а 40% еврейских детей будут учиться в «ешивах».

Более того, некогда остававшаяся на обочине  ультраортодоксальная община, становясь ведущей сил в обществе и политике, не вносит достаточного вклада в базисные для народа Израиля сферы, - это, прежде всего, служба в армии и разделение налогового бремени. В 2005 году отсрочку (фактически полное освобождение от службы) получили больше 45 тысяч ультраортодоксов, а в 2011 году – уже более 70 тысяч (включая учащихся «ешив», которым исполнилось 28 лет, а также отцов троих детей).

Сегодня учиться в «ешиву», минуя службу в ЦАХАЛ идет каждый восьмой израильтянин-еврей, и к 2023 году, и если ситуация не претерпит изменений, в ультраортодоксальных учебных заведениях окажется каждый четвертый призывник.

Ситуация становилась все более нетерпимой, недовольство светского населения нарастало. В конечном счете, БАГАЦ шестью голосами против трех постановил, что правительство не сможет продлить закон Таля от 2002 года, предполагающего, что «ешиботники» по достижению 22-летнего возраста получают возможность выбора между учебой и работой. С 1 августа текущего года находящиеся в призывном возрасте ученики «ешив» должны быть призваны на военную службу на общих основаниях.

Таким образом, вопрос из плоскости, должен ли быть заменен Закон Таля, был переведен в плоскость, как лучше это сделать. Это признали и те политики, которые еще недавно или выступали против отмены Закона Таля, или уклонялись от его решения.

Напомню, что Биньямин Нетаниягу поначалу пытался переложить ответственность за проблему на плечи Кнессета; Эхуд Барак предлагал продлить Закон Таля на год; а Ципи Ливни и Шауль Мофаз вообще не сделали ничего, чтобы изменить ситуацию, когда «Кадима» находилась у власти.  При этом, естественно, отмену Закона Таля приветствовали в НДИ и партии «Еврейский дом», настойчиво и последовательно добивавшихся его упразднения. «Закон Таля доказал свою бесполезность и неэффективность, никоим образом не помогая обеспечить равенство всех слоев израильского общества, - подчеркивал министр иностранных дел Авигдор Либерман. Звулун Орлев, в свою очередь, привел пример «вязаных кип», которые прекрасно совмещают изучение Торы с воинской службой – причем, службой зачастую в элитных частях.

Тем не менее, в вопросе о том, как разрешить проблему, наметились серьезные разногласия. Прежде всего, нужно было учитывать все привходящие факторы. В то время, как светское общество в массе своей поддерживает всеобщий призыв ультраортодоксов, армия отнюдь не испытывает восторга по поводу появления в ее рядах 70 тысяч ешиботников. Это объяснялось, во-первых, необходимостью обеспечить жесткие и завышенные стандарты «кашрута» для «харедим», во-вторых, категорически отказом последних мириться с присутствием на военных базах девушек-военнослужащих, в-третьих, низким уровнем мотивации большей части ультраортодоксов. Положение осложнялось тем, что многие «ешиботники» - главы семейств и уже обременены потомством.

Кроме того, необходимо было найти и некий консенсус с самим ультраортодоксальным сектором, ибо очевидно, что основанные на чистом принуждении законы в лучшем случае останутся на бумаге, а в худшем, расколют общество и спровоцируют гражданское противостояние. Причем в период, когда Израиль менее всего нуждается в  «иудейских войнах».

Председатель парламентской комиссии по законодательству Давида Ротем (НДИ), прекрасно знакомый как с иудаизмом, еврейской традицией и законами, с одной стороны, так и с нуждами государства, с другой, разработал рациональный и тщательно продуманный компромисс. «Я согласен, чтобы наиболее одаренные и продвинутые в изучение религиозных дисциплин «ешиботники» получили освобождение от службы в армии наравне со светскими студентами, которые демонстрируют высокий уровень знаний в изучаемых ими технических, экономических, гуманитарных или юридических науках. Это паритетный подход, при котором все слои общества будут нести равное бремя и получать равные блага в соответствии со своими способностями и личными достижениями. Однако большая часть молодежи из ультраортодоксальной среды будет обязана (я подчеркиваю – обязана!) проходить армейскую или альтернативную службу. Они будут лишены возможности выбора, как сейчас, когда могут без всяких последствий для себя уклоняться от всеобщей армейской повинности, и все бремя по обеспечению безопасности страны ложится на светскую молодежь и религиозных сионистов», - сказал он в интервью со мной.

Ротем подчеркивает: план, предлагаемый им, предусматривает, что процент освобождаемых от военной службы ешиботников будет ограничен, а масштабы призыва будут согласованы с нуждами и требованиями ЦАХАЛа.

На протяжении долгих месяцев Ротем вел переговоры со всеми вовлеченными в конфликт сторонами, однако месяц назад глава правительства решил «перетасовать карты». Приняв в коалицию «блудного сына «Ликуда» - Шауля Мофаза, понимающего, что «Кадима» для него – путь в никуда, Нетаниягу неожиданно для всех участников переговоров (в том числе и лидеров «харедим») передал полномочия по решению данного вопроса Йоханану Плеснеру («Кадима»), который и возглавил коалиционные переговоры по замене Закона Таля.

Уже в следующий момент ШАС объявила о бойкоте работы переговорной группы. Эли Ишай заявил, что  «в работе группы слишком много популизма», и нельзя сказать, что он далек от истины. В основе назначения Плеснера, судя по всему, лежало желание не столько решить проблему, сколько способствовать популярности правительства и реализовать текущие конъюнктурные задачи. Эти манипуляции были, не в последнюю очередь, направлены на «выдавливание» из коалиции НДИ, и, не исключено, ШАС и религиозных партий, для которых популизм Плеснера неприемлем, а для армейского руководства нежелателен. Следует подчеркнуть, что в ШАС, до назначения Плеснера,  хотели бы избежать  коалиционного кризиса, и были готовы к поиску разумного компромисса на базе формулы Ротема.

Кроме того, есть и другие существенные аспекты отмены Закона Таля. Помимо «харедим», новый закон должен распространяться и на арабов, которые вполне могут быть привлечены к альтернативной службе, но по непонятной причине выносятся за скобки настоящих дебатов. «Наш законопроект, который рассматривался на заседании комиссии, предполагает, что в армии должны служить и ультраортодоксальные евреи и арабы. Другое дело – на каких основаниях и в каких рамках. Армия должна решить, кого она хочет видеть в своих рядах, те, кто не служат в армии, должны проходить альтернативную службу», - считает Ротем после заседания комиссии.

Ротем выражает надежду, что когда страсти улягутся, на переговорах установится деловая атмосфера. Хотелось бы надеется, что так и произойдет, но для этого нужно главное: стремление решить проблему, а не имитировать бурную деятельность. Ибо результатом такого рода псевдо-активности может стать не только сохранение статус-кво, но, что еще хуже, создание новых трудностей на путях решения проблемы. В ситуации, когда стороны вместе того, чтобы пытаться распутать узел, занимаются перетягиванием каната, узел может затянуться окончательно.

А.Майстро​вой, газета "Вести"

[wpdevart_facebook_comment curent_url="http://ndi.org.il/%D1%80%D0%B5%D1%88%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D0%BF%D1%80%D0%BE%D0%B1%D0%BB%D0%B5%D0%BC%D1%8B_%D0%B8%D0%BB%D0%B8_%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D1%82%D1%8F%D0%B3%D0%B8%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%B5_/" order_type="social" title_text="" title_text_color="#000000" title_text_font_size="22" title_text_font_famely="monospace" title_text_position="left" width="100%" bg_color="#d4d4d4" animation_effect="random" count_of_comments="3" ]

Подписаться на рассылку