Страна "иудо-нацистов" и "прото-фашистов"?

Страна "иудо-нацистов" и "прото-фашистов"?

В нашей стране вошло в привычку любую критику в адрес оппонента оформлять в термины и символы Холокоста, попирая тем самым все границы дозволенного. 15 января на пленарном заседании Кнессета в предварительном чтении был утвержден законопроект депутата от партии «Наш дом Израиль» Шимона Охайона о запрещении нацистской символики и терминологии. Ранее инициативу парламентария поддержала минстерская комиссия по законодательству.

Закон Шимона Охайона о запрещении нацистской символики и терминологии у многих вызвал недоумение. В самом деле, насколько оправдан и востребован подобный закон в еврейском государстве, где нет, и не может быть легальной пропаганды нацизма?

Однако это несообразность кажущаяся. На самом деле, Израиль давно уже нуждался в подобном законе – не для того, чтобы бороться с мифическими неонацистскими организациями, а чтобы остановить неуклонную, усиливающуюся на наших глазах профанацию Катастрофы, вульгаризацию трагедии народа и манипуляцию понятиями, которые у каждого еврея связаны с тяжелейшей травмой.

В израильском обществе все больше укореняется «дурная привычка» по любому поводу и без повода, в политической дискуссии или полемическом запале использовать такие понятия, как «фашизм», «нацизм», «Гитлер», «Холокост» и т.п. Причем термины эти используют все кому ни лень и при каждом удобном случае. Разрушен дом террориста? Нацисты. Призыв в армию ешиботников? Холокост. Снос незаконного поселения? Фашисты.

Эти определения приклеиваются как ярлыки к каждому несогласному – политику, генералу, общественному деятелю. Арабские депутаты-демагоги бросаются этими словами по несколько раз в день с трибуны Кнессета, называя ими своих оппонентов. Даже профессура и уважаемые общественные деятели умудряются использовать эти понятия для определения той или иной политики, которая не соответствует их воззрениям.

При этом каждый такой выпад, каждое упоминание слов, связанных с Катастрофой, болью отзывается в душах тех, кто прошел концлагеря, потерял близких, вырос на памяти об этой черной страницы в истории своего народа. Или просто обладает достаточной совестью и умом, чтобы не мириться с легкостью, с которой происходит девальвация страшнейшего в истории человечества геноцида.

Более того, постоянное употребление этих слов навязывает молодому поколению ощущение, что Израиль уже самим своим существованием, как и нацизм, является воплощением вселенского зла. А нацизм, в свою очередь, отнюдь не самое страшное преступление. Сионистам по силам дать нацистам фору.

Более всего и чаще всего к аналогиям с нацистами и Холокостом прибегают левые. В своей риторике они не удерживаются на грани дозволенного и опускаются до сравнения «оккупации» и антитеррористической деятельности с массовыми депортациями и убийствами нацистов. При этом, и что хуже всего, звучат эти аналогии из уст интеллектуалов – людей известных и влиятельных. Так, профессор Иешиягу Лейбович изобрел выражение «иудо-нацисты» для характеристики израильских военнослужащих. Профессор политологии университета Бен-Гуриона в Беэр-Шеве д-р Неве Гордон придумал свой термин из области псевдо-истории: Израиль он называет государством «прото-фашизма». Бывший сотрудник хайфского Техниона профессор Одед Регев сравнивал раввинов с Геббельсом. «Продолжатели дела Геббельса - это, конечно же, раввины, о которых идет речь. Их Гитлер еще не вышел на сцену. Если государство будет также вести себя по отношению к этим подонкам, как оно ведет себя сегодня, их Гитлер также, несомненно, появится», - «предсказал» он.

Заведующий кафедрой истории Германии Еврейского университета в Иерусалиме проф. Моше Циммерман развил «концепцию» «иудо-нацистов» Лейбовича, регулярно сравнивая на своих лекциях солдат ЦАХАЛа с нацистами, а детей поселенцев - с гитлерюгендом.

Профессор истории Джонатан Боярин в том же Еврейском университет (правоверный религиозный еврей и также духовный приемник Лейбовича) заявил следующее: «Как христианство умерло в Освенциме, Треблинке и Собиборе, так и мой иудаизм умер в Наблусе (Шхем), Дехейше, Битине (Бейт-Эль) и эль-Халиле (Хевроне)».

А вот цитата еще одного уважаемого профессора: «Сцены вторжения израильской армии в Газу в 2008 году вызвали в моем воображении Освенцим. Я словно очнулся и сказал себе: «О да, мы нашли жертвенного ягненка – народ Газы». Автор этой сентенции - профессор Ури Хадар из факультета психологии Тель-авивского университета («Герменевтическая основа этнической жесткости: еврейско-израильской случай»).

Иногда в «нацистов» превращаются не правые и ЦАХАЛ вообще, а отдельные политики – Нетаниягу, Либерман, Данон и другие. Так, на ультралевом сайте «Оцер Эзрахи» («Гражданский комендантский час») была опубликована фотография Биньямина Нетаниягу в форме офицера СС. Попытки ограничить эту оскорбительную демагогию отвергаются, как «покушение на свободу слова и базисные принципы демократии». Бывший заместитель генпрокурора и экс-заместитель юридического советника правительства, а ныне – генпрокурор Шай Ницан отказал «Юридическому форуму в защиту Эрец-Исраэль» в требовании возбудить уголовное дело против демагогов, допускающих оскорбительные сравнения.

Об арабских депутатах говорить не приходится. Для них аналогии между Холокостом и «Накбой», нацизмом и сионизмом давно уже превратились в часть пропагандистской машины. Ахмад Тиби (в адрес Либермана): «вор, фашист и наглый иммигрант». Арабские депутаты (в адрес замминистра по делам религий Элиягу Бен-Дахана («Еврейский дом»): «фашист». Джамаль Захалка (в адрес Звулуна Кальфа («Еврейский дом»)): «Фашист, хулиган». Этот перечень можно продолжать до бесконечности…

Пристрастие левых и арабских депутатов к теме Катастрофы не означает, что сходной демагогией не пользуются правые. Выселение поселенцев из Гуш-Катифа было тотальным фиаско, как с политической, так и моральной точки зрения. Правительство, осуществляя свои сомнительные проекты, обрекло на страдания не только жителей Юга, но прежде всего тысячи самих поселенцев – «соль соли» Земли Израиля, воплощавших сионистский идеал. Все они были отправлены сюда государством, которое, как капризный ребенок, выбросило их, словно надоевшую игрушку, сломав судьбы сотен людей. Тем не менее, очевидно, что при всем цинизме этой политики использование поселенцами символики времен Холокоста (желтых магендавидов и татуировок с идентификационными номерами) было ненужным и даже вредным шагом.

Очень часто обращаются к образам и понятиям из истории Катастрофы настроенные против Израиля «харедим»-антисионисты. Здесь, как и у арабских депутатов и левых, нет никаких моральных ограничений, а выражения «нацисты», «Гитлер» и «Эйхман» во время столкновения с полицией – давно уже самое обычное дело. Не только вошедшие в раж толпы, но и их духовные лидеры позволяют себе кощунственные аналогии. Характерный пример – заявление адмора из Слоним Шмуэля Баразовски во время событий в поселении Эммануэль. «Немыслимо отрывать матерей от их маленьких детей, и арестовывать родителей – такого не происходило ни в одной цивилизованной стране с момента разгрома Германии», - заявил он.

В ситуации, когда евреи в еврейском государстве сами обесценивают Катастрофу, сводя ее до рядового исторического события, не следует ожидать, что память о Холокосте будут чтить в окружающем их мире. Скорее напротив, это наделяет всех противников Израиля и антисемитов легитимностью вести любую подстрекательскую риторику, приравнивать сионизм к фашизму, требовать упразднения «сионистского образования» и т. д. и т.п. Приравнивая свободу слова к откровенному цинизму, Израиль сам снимает все этические ограничения со своих врагов. Законопроект Охайона призван исправить эту искаженную, абсурдную и опасную реальность.

Александр Вайнберг, Мнения