Таксим против «Туркменбаши»

Таксим против «Туркменбаши»

Нетаниягу допустил стратегический просчет, принеся извинения Эрдогану, который привел свою страну к региональной изоляции и становится все более непопулярен в собственном народе.

Поспешность никогда не была признаком хорошего тона, а в политике – тем более. Мы не знаем в точности, что подвигло Нетаниягу на извинения Эрдогану. Утверждения, что у Сирии и Израиля существуют некие «общие интересы» смехотворны, т.к. в реальности они диаметрально противоположны. Турецкая Партия справедливости и развития заинтересована в победе «Мусульманских братьев» в Сирии. Для Израиля – это кошмарный сон, ибо это поставит под угрозу Хашимитскую династию, и Израиль рискует оказаться в кольце родственных исламистских режимов – от Каира до Дамаска. Кроме того, Эрдоган сделал ставку на пан-мусульманскую демагогию, и Израилю в этом контексте отведена роль исключительно боксерской груши. Это партнерство садиста и мазохиста. Любопытно, что уже турецкий лидер продолжил глумиться над своим «союзником», причем в особо изощренной форме, обвиняя Израиль во всех грехах и собираясь с официальным визитом в Газу. Турецкие адвокаты подали иск в Международный уголовный суд в Гааге от имени …Коморских островов, а Эрдоган демонстративно взял в Вашингтон отца активиста, погибшего на «Мави Мармара».

То, что Турция входят в конфронтацию с Ираном, вовсе не значит, что она готова к альянсу с Израилем. Напротив, Эрдоган еще больше усилит антиизраильскую риторику, дабы выглядеть непримиримее Ахмединеджада. В миниатюре мы наблюдаем ту же схему в отношениях между ФАТХом и ХАМАСом – они ненавидят друг друга, но ненависть эту реализуют за счет Израиля. Объяснение, что «президент попросил», также не выдерживает критики. Если Израиль будет делать все, что «просит президент», тем более такой президент, как Обама, то лучше сразу затянуть удавку на шее и не мучиться.

Единственное объяснение - давление военно-промышленного комплекса, заинтересованного в сделках с Турцией. Косвенное подтверждение тому – поддержка Биби министром обороны Моше Яалона, который совсем недавно был против каких-либо извинений.

Это, как заметил Либерман (единственный, кто категорически выступил против извинений), – классический пример недалекого и поверхностного подхода. Ибо, Израиль, во-первых, поступился национальным достоинством – вещь недопустимая на Ближнем Востоке. Во-вторых, показал местным «гномам», что с ним можно разговаривать на языке ультиматумов. В-третьих, дал легитимацию амбициям турецкого сумасброда, которой из-за своей мегаломании и неоосманских амбиций давно уже оказался в региональной изоляции, а теперь вызывает все большее отторжения у самих турок. В-четвертых, оттолкнул от себя противников Эрдогана, как Кипр или Греция, которые видели в Иерусалиме союзника.

Турция не имеет ничего общего с Египтом, Тунисом или Сирией. До недавнего времени это была страна с устойчивой демократией, основатель которой Кемаль Аттатюрк перевернулся бы в гробу, видя, как Эрдоган превращает Турцию во второй Иран. Образованное население здесь не приемлет теократических поползновений ПСР, и оплот его, кстати, - квартал Таксим в Стамбуле, где живет средний класс и интеллигенция. Хотя причиной волнений стала застройка парка, дело, конечно же, в другом – в страхе перед деспотизмом и религиозным засильем.

Эрдоган, популярный у полуграмотного сельского большинства, лавочников и городского люмпена, фактически ведет дело к установлению султаната с псевдодемократическими декорациями в виде парламента, независимого суда и свободных СМИ. Поклонники именуют его «Бейфенде» (“Beyefendi”) - что-то вроде национального арбитра или отца-покровителя народа. «Бейфенде» вмешивается во «вся и всё», а его слово – негласный закон. Он решает футбольные споры, определяет политику в отношении абортов, предписывает, какие фильмы и сериалы надлежит смотреть, какое сооружение уместно, а какое нет, что следует пить, а что нет. Так, в апреле этого года он лишил анисовую ракию, которую любил Ататюрк, титула национального напитка Турции, и провозгласил таковым пиво, как более приемлемого с точки зрения шариата. На национальных авиалиниях запрещен алкоголь.

В СМИ установилась самоцензура – очень немногие решаются усомниться в мудрости «Бейфенде» и тем более подвергнуть его критике. Шесть лет назад газета Hürriyet уволила семерых обозревателей и сместила главного редактора за не слишком восторженные комментарии об Эрдогане. Если журналист не нравится «Бейфенде», он может поставить крест (точнее, полумесяц) на своей карьере. То же можно сказать о турецких интеллектуалах. Известный пианист Фазиль Сай предстал перед судом за «оскорбление мусульман и ислама». Причина? В сети Twitter он посетовал, что призыв на молитву длится всего 22 секунд. «К чему такая спешка? Вас ждет любовница, или, может быть, ракия стынет на столе?», - шутливо спросил он.

Журналист газеты Milliyet Асли Айдинтасбас – один из немногих, кто осмелился написать, что в ПСР установился «культ личности». Оппозиция растерянна, разрозненна и лишена влияния. Тот факт, что Эрдоган инициировал переход на президентскую систему правления, чтобы еще больше усилить свою власть – свидетельство того, что Турция быстро движется к тоталитаризму.

Мобильные телефоны оппонентов прослушиваются. Независимый медиа-концерн Dogan Medias Group подвергается гигантским штрафам и уже закрыл один из своих каналов. «Патриотические» СМИ получают режим особого благоприятствования, более независимым грозит наказание «вплоть до», как говорили в родном СССР. По данным Института изучения международных СМИ, Турция по числу арестованных и находящихся за решеткой журналистов «впереди мира всего» - в тюрьмах здесь, по разного рода обвинениям, находятся десятки журналистов.

Репрессии против офицерства (именно армия всегда была хранительницей светских завоеваний Ататюрка) обескровили генералитет. Более всего, по данным политолога Сонера Кагапта, пострадало адмиралтейство. Регулярно идут показательные процессы над военными, обвиняемыми в «заговоре и предательстве». В еще недавно свободной стране сформировался культ личности Эрдогана.

Обама, действительно, видит в Эрдогане союзника и советуется с ним по всем региональным проблемам. Задача израильского правительства была показать, что нынешний режим в Турции не только не может выступать в роли союзника Израиля, но представляет опасность для него, для региона (государств Балкан, Греции и Кипра) и, наконец, самой Турции. Так, как это сделал Либерман, призвав ЕС на встрече с президентом Германии Йоахимом Гауком обуздать «разошедшуюся Турцию». К сожалению, ЕС предпочло потакание Эрдогану, который уже теряет симпатии собственного народа.

Александр Майстровой, "Вести"