Dura. Но есть надежда, что будет умней

Dura. Но есть надежда, что будет умней

Русская Германия Dura lex sed lex – закон суров, но он закон. Эта поговорка, придуманная древними римлянами совсем не для дураков, всё-таки не в полной мере отражает отношения человека и закона. Бездушный механизм, задействованный против одушевлённой личности, может привести к совершенно нежелательным результатам. И ничего не сделаешь: механизм одинаково бездушен и с теми, на кого его спускают, и с теми, кто.

Героем новостей на прошлой неделе стал министр иностранных дел Израиля Авигдор Либерман, единогласно оправданный мировым судом в Иерусалиме. Следствие против лидера партии «Наш дом Израиль» длилось без малого 17 лет. Его обвиняли в мошенничестве, подрыве общественного доверия, злоупотреблении служебным положением и других преступлениях, любое из которых могло привести к тюремному заключению или, по крайней мере, к запрету на участие в политической деятельности или в государственной службе.

Что, собственно, и было целью судебного преследования. Либермана, регулярно пересекающего красные линии, в равной степени ненавидят и правые, и левые, и соратники, и враги. Однако ярлык «чужой» – недостаточное основание для того, чтобы вышвырнуть противника из политической жизни. А легальные механизмы, как и было сказано, не зачастую приводят к обратным результатам. Ещё в 1997 г. Авигдор Либерман был смещён с поста генерального директора министерства главы правительства. По мнению кинологов правящей партии, хвост слишком активно вилял собакой. Действительно, фаворит главы правительства не оказывал должного уважения аристократии Ликуда и за это поплатился высокой должностью. Но поражение обернулось победой – в 1998 г. А. Либерман основал партию «Наш дом Израиль», которая прошла в Кнессет с 4 мандатами, а сам он из чиновничьего кресла пересел в депутатское, куда более защищённое.

Теперь мятежник стал опасен не только политическим единомышленникам, но и идейным противникам, поскольку с политической трибуны прямо высказывался против попыток замирения с палестинцами. Которые, впрочем, тоже вели к противоположным результатам, несмотря на всю благонамеренность миротворцев. И если чиновнику можно просто не дать слово, то заткнуть рот парламентарию не так просто. Но можно сделать так, чтобы его открывать политику приходилось главным образом на допросах в полиции. Таким способом были оттеснены от политики многие, в том числе и национальные герои Израиля. «Победителей не судят!» – это Екатерина II могла сказать о Суворове в условиях самодержавия. В демократической стране победителей судят с особым удовольствием.

Однако на этот раз проверенный метод так и не сработал. А в минувшую среду, выслушав оправдательный приговор и поблагодарив за это у Стены плача Всевышнего Судию, А. Либерман подтвердил, что в кресло министра иностранных дел возвращается только для того, чтобы перебраться из него в премьерское. Злые языки не преминули заметить, что молитвенник в руках Либермана был открыт совсем не на той странице, которая подобает данному случаю, но способность этого политика решительно переворачивать страницы в своей судьбе, оставляет мало надежд его противникам.

Откровенная травля русскоязычного политика израильским правосудием вызывала недоумение даже у политических противников А. Либермана. И даже противники с удовлетворением приняли оправдательный приговор.

Слишком уж очевидным было стремление некоторых закулисных сил покончить с неудобным чужаком. Но – не получилось.

Марк Галесник