Уроки практического сионизма: "одинокие волки" Негева

Уроки практического сионизма: "одинокие волки" Негева

В середине 90-х город Мицпе-Рамон был зеленым оазисом в бескрайней пустыне: куда ни глянь – повсюду на много километров простираются дюны. Дивный, но безжизненный марсианский пейзаж.

А что сейчас?

— Чтобы молодые ростки виноградной лозы не повредило в период дождей и наводнений, мы высаживаем их террасами, — говорит Эран Раз, основатель фермы «Сфат Мидбар», в переводе на русский – «Язык пустыни».

Эран Раз был первым виноделом в долине Эла к юго-западу от Иерусалима, но в 2007 году откликнулся на призыв правительства о заселении Негева, не раздумывая перебрался на юг и высадил первую лозу в непролазных песках неподалеку от Мицпе-Рамона.

— Первый год был очень тяжелым: ни подъездной дороги, ни водопровода, никаких объектов инфраструктуры… — вспоминает Эран.

Однако мосты сожжены – пришлось Эрану заделаться первопроходцем.

Молодой аграрий располагал мощнейшим орудием производства: у него был собственный трактор!

В инстанциях на новоявленного фермера смотрели с подозрением: с чего бы это воину-резервисту одного из элитных подразделений Армии обороны Израиля увлечься  выращиванием винограда, когда средних возраст аграриев уверенно стремится к пенсионному? Со временем чиновники водной компании «Мекорот» прониклись к Разу осторожной симпатией: он не просто работает, но глубоко разбирается в искусстве виноделия. Классный специалист!

— Осмотревшись, я осознал: пустыня под нас не подстроится, — объясняет Эран. – Значит, главная и единственная задача – начать говорить с пустыней на ее языке.

Так родилось название фермы.

Вскоре, однако, выяснилось, что бюрократические препоны – отнюдь не единственная проблема «халуцим» конца 20-го века.

— В 2007 году на границе с Египтом еще не было разделительного сооружения — она была прорвана до безобразия, — вспоминает Эран Раз.- Более того: нас угораздило разбить виноградник в том самом месте, по которому в Египет и обратно средь бела дня – без малейших опасений! — везли контрабанду.

К Эрану стали присматриваться старожилы пустыни — бедуинские шейхи. Кое-кто из них утверждал, что еврейский фермер якобы высадил ростки на участке, принадлежавшем деду или прадеду старейшины «хамулы». Другие намекали: «Оставь свою безумную затею и беги отсюда, пока жив, – это наша земля!»

Напугать Эрана непросто: железные нервы, невозмутимое спокойствие и хладнокровие. Армейская закалка.

— Целый год я дневал и ночевал на винограднике, — вспоминает Эран. – Ощущение как на резервистской службе, но острее, потому что сборы затянулись и конца им не видно.

Сейчас уже трудно сказать, сколько раз уничтожали бедуины дорогостоящее («десятки тысяч шекелей», — уточняет Эран) оборудование, гробили систему капельного орошения, похищали изделия из металла.

— Чаще всего набеги на виноградник совершали не столько ради того, чтобы что-то украсть, сколько для того, чтобы причинить ущерб росткам, не позволить им дать всходы, — говорит Эран.

Восток – дело тонкое. В любых противостояниях побеждает сильнейший. Эран не сломался. К тому же в последние годы Негевом вплотную занялось правительство – на границе с Египтом соорудили забор, напичканный сверхчувствительными датчиками. Контрабанде положили конец.

— Благодаря укреплению границы в наших краях стало тихо и безопасно, — говорит Эран. – Единственная проблема, с которой я сталкиваюсь по сей день, — кражи. Больше всего  бедуинов по-прежнему привлекают изделия из металла.

Урок, извлеченный из года одиночества, который смело можно приравнять (вспомним Маркеса) к столетию, открыл молодому фермеру глаза: заселение Негева это не просто звонкий лозунг, от его темпов в полной мере зависит будущее Еврейского государства. Если удастся в кратчайшие сроки основать на просторах пустыни высокоразвитые хозяйства, это сохранит государственные земли от захвата. А не удастся – тихая экспансия бедуинского самостроя продолжится. Еще один неписаный закон ближневосточного региона заключается в простой, но очевидной истине: земля по праву принадлежит тому, кто первым успеет ее возделать и «приручить».

— Сейчас на новых фермах работают только евреи – никаких таиландцев или палестинцев, — говорит Эран. – В моем хозяйстве всего трое наемных работников, и все они — демобилизованные военнослужащие. Немалую помощь нам оказывают молодые горожане из Мицпе-Рамона. Виноградники расположены недалеко от городской черты, это удобно: нужно отремонтировать трактор или любое другое оборудование – езжай в ближайшую мастерскую.

Марочные вина, которые производят из выращенного в пустыне винограда, привлекли в окрестности Мицпе-Рамона огромное количество путешественников-израильтян и туристов из-за рубежа.

— 90% бутылок вина, которые я произвел в этом году, раскупили постояльцы отеля «Берешит» в Мицпе-Рамоне, — говорит Эран.

Иностранцы бронируют номера в фешенебельном отеле исключительно ради того, чтобы насладиться первозданной красотой марсианских пейзажей. Но за день-два любоваться пейзажами надоедает – люди отправляются в путешествие по пустыне и непременно заглядывают на уникальный виноградник. Фермеры принимают их с европейским изыском: дегустация марочных вин, эксклюзивные сыры.

— Удалось ли вам окупить свои затраты на виноградник? – спрашивает Эрана министр сельского хозяйства Яир Шамир, заглянувший в его хозяйство в рамках рабочей поездки по фермам Негева.

— Да, хотя потребовалось на это семь лет, – отвечает Эран. – Зато сейчас у меня наконец-то появилась зарплата. В год я произвожу между 80 и 100 тоннами винограда. На двух человек суммы доходов, извлеченных из их продажи, не хватит, не говоря уже о семье, в которой подрастают дети. Именно поэтому в последнее время мы сосредоточили усилия на ускорении развития деревенского туризма: романтика, экзотика, эстетика и марочные вина…

— Требуется ли вам помощь от Минсельхоза? – задает Шамир вопрос, с которым вот уже почти два года еженедельно в ходе рабочих поездок по стране обращается к сотням фермеров в разных уголках Израиля.

— Да, — отвечает Эран Раз.

Начинается производственное совещание. Шамир записывает просьбы Эрана в блокнот. Следовательно, завтра утром чиновники аграрного ведомства получат оперативные задания, а неделю спустя их выполнение будет проверено. Яир Шамир — полковник израильских военно-воздушных сил в отставке, участник нескольких войн и один из основателей отечественного хай-тека, отрасли высоких технологий. Стратегически важные для аграриев решения он в долгий ящик не откладывает: армейская закалка.

Эвелина Гельман, Forumdaily

[wpdevart_facebook_comment curent_url="http://ndi.org.il/shamir/" order_type="social" title_text="" title_text_color="#000000" title_text_font_size="22" title_text_font_famely="monospace" title_text_position="left" width="100%" bg_color="#d4d4d4" animation_effect="random" count_of_comments="3" ]

Подписаться на рассылку