Тель-Авивские активисты НДИ – на старте предвыборной кампании

Тель-Авивские активисты НДИ – на старте предвыборной кампании

Тель-авивские активисты НДИ посетили 30 декабря мероприятие, посвященное старту предвыборной кампании. В этом году оно прошло в Ариэле и было особенно впечатляющим – более 900 участников со всех концов Израиля, министры и члены Кнессета. Все это люди, которые приехали поддержать партию перед выборами в Кнессет. Организаторы поездки из Тель-Авива, Илья Левин и Елена Юфит отметили, что люди, которые работали на прошлых выборах в Кнессет и в городской совет, уже сейчас изъявили желание работать на выборах, в том числе, и в качестве волонтеров.

Центральным событием мероприятия стала речь лидера партии, министра иностранных дел Авигдора Либермана.
Вот что услышали многочисленные активисты НДИ от своего лидера: «Надо прежде всего подчеркнуть, в чем разница между НДИ и другими партиями национального лагеря. Разница примерно такая же, как между словосочетаниями «слова, слова, слова» и «дела, дела, дела». НДИ всегда придерживалась дельных, ясных и четких позиций. Ярчайший тому пример – история с голосованием по поводу пресловутого «размежевания» в 2004 году. Шестеро министров и заммминистров от Ликуда, заседающие в нынешнем правительстве, были министрами и депутатами Кнессета от Ликуда и тогда. И все они проголосовали за размежевание. А вот никому из депутатов от НДИ не могло и в голову придти по любым соображениям проголосовать за эту провальную затею.

Напомню: уход из Хеврона, разрушение еврейских поселений в Гуш-Катиф – дело рук не НДИ, а Ликуда. В том-то и заключается принципиальная разница между теми, кто разбрасываются громкими словами и крикливыми лозунгами, и НДИ, которая всегда честно провозглашает свои намерения и делает то, что ею было обещано.»

«Нам всем надлежит осознать, что в демократическом обществе необходим широкий национальный коненсус в вопросах войны и мира. У меня нет сомнения, что в ближайшие годы нам придется решать эти вопросы, и для этого необходимы и стабильность, и консенсус. У нас есть опыт, который может и должен нас научить: вспомните разницу между Шестидневной войной и Первой Ливанской войной. Вспомните разницу между мирными договорами с Египтом и Иорданией, ратифицированными 95-ю и 105-ю депутатами Кнессета соответственно, и второй редакцией Ословского договора, ратифицированной большинством в одну «мицубиси». А задачи, которые нам предстоит решать сейчас и в ближайшем будущем – как в сфере безопасности, так и в сфере внешней политики – куда сложнее и масштабнее тех, что нам приходилось решать в прошлом».

А вот позиция Авигдора Либермана по вопросу обмена территориями:

«Каждый из собравшихся здесь активистов НДИ знает, что мы выдвинули и всеми силами продвигаем план обмена территориями и населением. Нет никаких причин для того, чтобы славный град Умм эль-Фахм не был бы частью палестинского государства — если таковое будет создано – и чтобы это не было сделано в рамках территориального размена, каковой планируется в любом случае. Ничто не мешает жителям этого славного града получать пособия национального страхования, по безработице и на детей от Абу-Мазена.
При это все собравшиеся здесь знают, что мы не приемлем идею трансфера. Трансфер – это подход партии МАПАЙ самых славных ее времен, и выработал его никто иной, как главный идеолог этой партии Берл Каценельсон. А вот Ревизионистское движение никогда не поддерживало идею трансфера.
И, главное, чтобы обеспечить для всех нас и наших потомков безопасность, процветание и надежное еврейское большинство в Государстве Израиль, надо думать прежде всего о том, что хорошо для евреев.»

Не мог обойти вниманием Авигдор Либерман ситуацию с задержанием некоторых членов НДИ:

«Если бы это дело всплыло за день до того, как были объявлены досрочные выборы, или на следующий день по их завершении, все обстояло бы иначе. Но тот факт, что сообщения о нем были слиты ровно через две недели после роспуска Кнессета, представляется, мягко говоря, странным. Но ничего не попишешь, уж я-то с такими случайными совпадениями сталкиваюсь в 6-й раз…

Впервые я с таким совпадением столкнулся в ходе избирательной кампании 1999 года, едва успев создать партию НДИ. Начатое тогда против меня расследованием было самым коротким и самым эффективным за всю историю нашей маленькой, но гордой страны. Речь идет о деле по подозрению в «оскорблении должностного лица» — комиссара полиции Моше Мизрахи.

Где-то за две-три недели до дня выборов, в мае 1999 года, я сидел в своем кабинете в предвыборном штабе НДИ в Иерусалиме в компании дюжины своих друзей и соратников и высказал им все, что лично думаю о комиссаре Мизрахи. Что поделаешь, я никогда не относился к числу его ярых поклонников… Каким-то образом это просочилось в прессу. И назавтра, в 6 утра, я услыхал в новостях по радио все, что я высказал в адрес г-на Мизрахи накануне вечером. В половине девятого того же славного утра я, опять-таки, по радио, узнал, что Мизрахи подал на меня жалобу в полицию Петах-Тиквы. А спустя еще час, в половине десятого утра, радиостанция «Галей ЦАХАЛ» поведала мне и всему Израилю, что тогдашняя генеральный прокурор Эдна Арбель решила начать против меня расследование по этому «делу».

Спустя ровно 10 дней прокуратура и полиция решили подать против меня обвинительное заключение. Как вы наверняка помните, это дело закончилось пшиком. Но это дело стоит занести в аналы как самое скорое и эффективное расследование в истории Государства Израиль, тем более, что все оно целиком уложилось в период избирательной кампании – первой в истории партии НДИ. А уже пшиком, то есть ничем, оно завершилось по окончании выборов…

Тут я пропущу еще несколько этапов и перейду к истории предвыборной кампании 2009 года. Именно тогда, опять-таки, по случайному совпадению, ровно за две недели до дня выборов, полиция арестовала руководителя избирательной кампании НДИ и ее юрисколнсульта. Когда их обоих доставили в суд для получения ордера на арест, там их, опять-таки, совершенно случайно, поджидали репортеры, звукотехники, фотографы и операторы всех газет, телеканалов и радиостанций. Та же картина совершенно случайно повторилась, когда их доставляли в суд для продления ареста. Разумеется, эти кадры и снимки сопровождали нас до самого дня выборов… И, конечно, не приходится сомневаться в том, что все это делалось исключительно из профессиональных соображений, было продиктовано исключительно интересами следствия, а совпадения тут – чистая случайность…

В разгар предыдущей избирательной кампании было решено подать против меня обвинительное заключение, и мне пришлось уйти с поста министра иностранных дел. Как вы знаете, завершилось то долгое, долгое дело моим полным оправданием, и вердикт этот был вынесен судьями единогласно. Во всей этой истории интересно то, что на сей раз мы смогли конкретно оценить причиненный нам ущерб.

Мы проводили тогда опросы и до подачи против меня обвинительного заключения и после этого. Можно со всей ответственностью утверждать, что это обвинительное заключение обошлось объединенному списку Ликуд-НДИ ни много, ни мало 4 мандата.
То есть, не будь того обвинительного заключения, мы бы на тех выборах получили по меньшей мере 35 мандатов, а не 31, и тогда, как вы понимаете, очень многое пошло бы иначе. Если бы я был оправдан еще до выборов, то мы получили бы больше 35 мандатов, и тогда коалиция была бы куда стабильнее, и мне не пришлось бы выступать здесь сегодня, потому что не было бы досрочных выборов. Но кому интересно оправдание после выборов? Ведь ущерб причиненный в ходе кампании необратим, поправить тут ничего нельзя. Поэтому я полностью согласен с заместителем окружного прокурора Иерусалима Кохавит Нецах-Долев, написавшей суду по трудовым спорам всего 5 дней назад следующее:

«В этот предвыборный период от нас требуется особая осторожность, нам следует всячески избегать использования юридических процедур в посторонних целях, в том числе оказания влияния на внутриполитические процессы».

«Не понимаю только одного: почему эти важнейшие и разумнейшие принципы никогда не распространялись на НДИ?

Припоминаю, что и когда Арик Шарон шел на выборы во главе Ликуда, а тогда же велось расследование по делу Сирилла Керна, прокуратура приняла решение заморозить следствие до окончания избирательной кампании, а прокурора, предавшего это дело огласке – Лиору Глат-Беркович – даже отстранили от должности и предали суду…
Но вот почему-то как только дело касается НДИ, все эти железные правила не срабатывают. Конечно же, это случайность. Случайность, упорно повторяющаяся раз за разом…

Кстати, по этому поводу есть очень четкие предписания юридического советника правительства. В период предвыборной кампании запрещается начинать какие бы то ни было новые проекты. Да что там проекты! Если я, как министр, захочу взять на работу во время избирательной кампании нового водителя, или сменить секретаршу, я попросту не имею на это права. Но вот когда дело касается НДИ, случайные совпадению превалируют надо всем.

Вчера я беседовал с одним весьма уважаемым человеком, председателем Совета ветеранов Второй Мировой Абрамом Гринзайтом, и он сказал мне, что вся эта история удивительно напоминает пресловутое «дело врачей». И уже тут, перед своим выступлением, я успел переговорить с несколькими моими друзьями, и всех на уме то же самое. Мы не вправе докатываться до такого. Мы не вправе перенимать эту фразеологию, и, как бы ни было больно, надо сохранять ответственность и хладнокровие.»

[wpdevart_facebook_comment curent_url="http://ndi.org.il/tel-aviv/" order_type="social" title_text="" title_text_color="#000000" title_text_font_size="22" title_text_font_famely="monospace" title_text_position="left" width="100%" bg_color="#d4d4d4" animation_effect="random" count_of_comments="3" ]

Подписаться на рассылку